Barboletta
Даже добрые феи периодически ходят с топором.
02.11.2016 в 15:55
Пишет Арчи Хмелевский:

Во вторник в Туле детский омбудсмен Анна Кузнецова и Лига безопасного интернета провели конференцию «Защита детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». Общественники и чиновники требовали защитить несовершеннолетних от негативного влияния интернета и при этом открыто рассуждали о «детях-гомосеках». Представители МВД предложили приравнять «пропаганду гомосексуализма» к экстремизму, а сотрудники Роскомнадзора заговорили о «китайском варианте» регулирования интернета с несколькими провайдерами на всю страну.
Господин Давыдов перечислил основные риски для детей в интернете. Это «агрессивная информация», секты и «психокульты» («c помощью нехитрых манипулятивных практик они и сделали возможным тот всплеск интереса к суицидальной проблематике»), пропаганда опасного поведения («зацепинг и руфинг — это не бизнес, это деньги, которые они получают за рекламу»), некие игры альтернативной реальности («несовершеннолетний прыгает с балкона или ложится под колеса поезда, потому что воспринимает это мир как виртуальный»), ну и банальные компьютерные игры («недопустимо искажение истории, когда советские воины, освободившие мир от нацизма, изображаются как варвары»).
Денис Давыдов посетовал на «ожесточение сердец», рассказав о травле, которой подверглась доктор психологических наук Лидия Матвеева, подготовившая экспертизу, на основе которой была запрещена сетевая группа «Дети-404» (оказывала психологическую поддержку подросткам-гомосексуалам). «Может, помните ресурс, где несовершеннолетние дети-гомосеки выступали с табличками и пропагандировали этот образ жизни?» — произнес господин ДавыдовЗал отозвался хихиканьем, детский омбудсмен продолжила улыбаться.
Выступила и сама госпожа Матвеева — профессор факультета психологии МГУ им. Ломоносова. «Объективная реальность, до которой мы с вами дожили, была, естественно, предсказана во всех сакральных текстах,— напомнила она.— Соблазн пришел как сетевая коммуникация. Можно ли спасти наших детей от информационных драконов?» И сама же ответила: можно, если начать процесс спасения как можно раньше. «У детей до семи лет голос совести еще отчетливо слышен,— объясняла профессор МГУ.— Необходимо работать с детьми таким образом, чтобы не “Маша и медведь” формировали образ хорошего ребенка, а другие медийные контенты. Не Гарри Поттер, а наш человек, который добивается успеха». Главной задачей при взрослении ребенка она назвала развитие «гендерной идентичности»: «Необходимо создание для детей нового героического и мифологического эпоса. Где было бы восхищение мужским мужеством и доблестью и преклонение перед тайнами женской красоты».
Лидер всероссийского движения «Сдай педофила!» Анна Левченко, представленная организаторами как «общественный помощник» уполномоченного по правам ребенка при президенте РФ, провела отдельный круглый стол с представителями тульских управлений Роскомнадзора, Роспотребнадзора, ФАС, прокуратуры и полицейского управления «К». Они попробовали обсудить, «куда конкретно звонить, если книжка, фильм или интернет-ресурс вызывают подозрение у неравнодушных граждан». Госпожа Левченко рассказала, как «Уральский родительский комитет» боролся с книгами по сексуальному воспитанию детей, продававшимися в магазинах Екатеринбурга. «Детям там рассказывалось доступным образом, кто такие гомосексуалисты, кто такие трансгендеры, и так далее»,— пересказала она краткое содержание. Но запретить опасную литературу оказалось непросто: общественникам пришлось за свой счет заказывать экспертизу издания, а потом обращаться в суд. «Недавно мы тоже проводили экспертизу книги на пропаганду педофилии — стоило это 30 тыс. руб., даже при личных договоренностях с экспертом»,— пожаловалась госпожа Левченко, не раскрыв деталей договоренностей.
«Если мы приравняем к экстремизму пропаганду ЛГБТ, суицида, педофилии, органам будет интересно этим заниматься. А то сейчас лишь административка»,— поддержала госпожа Левченко. Замглавы тульского управления Роскомнадзора Николай Абрамов пожаловался на сложности надзора за Федеральным реестром экстремистских материалов. «В реестре 45 тысяч сайтов, у нас 35 операторов. Программа бегает по каждому, отслеживает,— объяснил он.— Это отнимает кучу времени. Надо как в Китае: оставить три-пять точек доступа в мировой интернет и там фильтровать».

Подробнее: kommersant.ru/doc/3132440

пиздец
пиздец
пидзец

URL записи